![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
luar_sollПриближалась весна.
Нет, солнце не спешило выглядывать из-за плотных низких серых туч, кое-где по-прежнему, как и все последние три месяца, лежали грязные кучи снега, которые язык не поворачивался назвать сугробами, люди еще не сменили черноту, серость, коричневость теплой одежды на весеннее разноцветье.
Но что-то все равно чувствовалось. Может быть, просто зачирикали птицы, те, что так и не покинули город, приспособились к здешней жизни. Может, орали коты. Не так важно.
Я стоял у светофора на оживленном перекрестке и курил дешевые сигареты. Пепел падал на мокрый асфальт и становился невидимым. Изредка падали и искры, но гасли, не успевая даже окончить полет.
Мое состояние можно было бы назвать словом «отчаяние» - я так и не нашел, я не имел смысла, я был даже не многоточием или запятой, я был пробелом.
Но оно граничило и со счастьем. Я мог бы стоять так часами, днями, веками, еле чувствуя шрамы на спине, чувствуя тяжесть несуществующих крыльев, но не задумываясь об этом.
Я смотрел в пустые глаза прохожих и сознавал, что и мои глаза так же пусты, но это осознание проходило мимо вместе с прохожими.
Пепел падал. Весна приближалась.
Нет, солнце не спешило выглядывать из-за плотных низких серых туч, кое-где по-прежнему, как и все последние три месяца, лежали грязные кучи снега, которые язык не поворачивался назвать сугробами, люди еще не сменили черноту, серость, коричневость теплой одежды на весеннее разноцветье.
Но что-то все равно чувствовалось. Может быть, просто зачирикали птицы, те, что так и не покинули город, приспособились к здешней жизни. Может, орали коты. Не так важно.
Я стоял у светофора на оживленном перекрестке и курил дешевые сигареты. Пепел падал на мокрый асфальт и становился невидимым. Изредка падали и искры, но гасли, не успевая даже окончить полет.
Мое состояние можно было бы назвать словом «отчаяние» - я так и не нашел, я не имел смысла, я был даже не многоточием или запятой, я был пробелом.
Но оно граничило и со счастьем. Я мог бы стоять так часами, днями, веками, еле чувствуя шрамы на спине, чувствуя тяжесть несуществующих крыльев, но не задумываясь об этом.
Я смотрел в пустые глаза прохожих и сознавал, что и мои глаза так же пусты, но это осознание проходило мимо вместе с прохожими.
Пепел падал. Весна приближалась.
