Войти в автобус... не так уж и сложно, даже без денег и билета. На мой взгляд, проще, чем в метро. Или просто мне это нужней. Во всяком случае я спокойно прошел. Потому что возникла - идея.
Автобус теплый, поэтому - или потому, что на улице плюс - стекла не замерзшие, а лишь запотевшие. Нарисовать что-нибудь. Простенькое. Перо там, или свечу. Не в одном, конечно же. Во всех. Разное - но похожее.
Подпись - везде одна. "Бескрылый ангел"
Может быть, заметят.
Пальцем по пыли, по стеклу, по мокрому снегу, налипшему на стену у лестницы подземного перехода.
Рисунки, вытоптанные босыми - странно, верно? - ногами на нехоженом снегу газона.
Заметят. И тот, кому необходим ангел - в том числе.
А если и нет - кто-то просто оглянется лишний раз - и ему на миг станет теплей.
Автобусы помнили прикосновения. Я их узнавал не по номерам, а в лицо. И рисунки были заметны даже спустя несколько дней. Обычно не обычным зрением, но тем под- или над-зрением, что позволяет за один взгляд увидеть в людях Свет или Тьму.
Но фантазии жестоко не хватало. И умения тоже. Поэтому скоро на стекле оставался просто отпечаток руки. Естесственно, без подписи.
И все.
Время шло.
Я верил.
Автобус теплый, поэтому - или потому, что на улице плюс - стекла не замерзшие, а лишь запотевшие. Нарисовать что-нибудь. Простенькое. Перо там, или свечу. Не в одном, конечно же. Во всех. Разное - но похожее.
Подпись - везде одна. "Бескрылый ангел"
Может быть, заметят.
Пальцем по пыли, по стеклу, по мокрому снегу, налипшему на стену у лестницы подземного перехода.
Рисунки, вытоптанные босыми - странно, верно? - ногами на нехоженом снегу газона.
Заметят. И тот, кому необходим ангел - в том числе.
А если и нет - кто-то просто оглянется лишний раз - и ему на миг станет теплей.
Автобусы помнили прикосновения. Я их узнавал не по номерам, а в лицо. И рисунки были заметны даже спустя несколько дней. Обычно не обычным зрением, но тем под- или над-зрением, что позволяет за один взгляд увидеть в людях Свет или Тьму.
Но фантазии жестоко не хватало. И умения тоже. Поэтому скоро на стекле оставался просто отпечаток руки. Естесственно, без подписи.
И все.
Время шло.
Я верил.